Израиль не знает, кого теперь бомбить

Четыре сценария для Ирана, а также почему израильтяне не знают, кого теперь бомбить. Наблюдательный совет Ирана создает новую комиссию для оценки прошедших 12 июня президентских выборов.

В нее войдут несогласные с результатами голосования кандидаты. В присутствии комиссии будут пересчитаны 10% голосов, результаты - опубликованы.

Тем не менее сторонники проигравших кандидатов уже не ждут пересмотра результатов голосования: несколькими днями раньше спикер Наблюдательного совета Аббасоли Кадходаи заявил, что "эти выборы были самыми здоровыми со времен революции". А две недели, прошедшие после выборов, иранское правительство игнорировало многотысячные уличные демонстрации и протесты оппозиции.

В конце прошлой недели в Тегеране наступило обманчивое спокойствие: никаких митингов, протестов, уличных лозунгов. Крупные города контролировались Корпусом стражей Исламской революции (КСИР) и добровольческой исламской полицией "Басидж". "Важнейшие политические и экономические центры страны превращены в военные гарнизоны", - заявил в пятницу опальный аятолла Хоссейн-Али Монтазери (иранский диссидент из-за конфликта с аятоллой Хомейни он был посажен под домашний арест, но до сих пор остается авторитетом для многих иранцев).

Протестыв Иране пережили два переломных момента. 19 июня, после того как верховный лидер аятолла Али Хаменеи впервые объявил, что результаты выборов законны и он "не отвечает за действия полиции, если демонстрации не прекратятся", стало понятно, что очередной митинг оппозиции будут разгонять. На следующий день вдоль центральных проспектов Тегерана выстроилось оцепление полиции, и митинги протеста превратились в уличные бои. Оппозиционеров не остановил ни слезоточивый газ, ни дубинки. В тот вечер крики "Смерть диктатору!" с городских крыш были слышнее, чем когда-либо.

Второй перелом произошел в середине прошлой недели: руководитель КСИР объявил, что будет препятствовать любым акциям оппозиции (до того этим занималась только полиция "Басидж"). По информации из Тегерана (иностранных журналистов к этому времени в стране практически не осталось), на митинге в прошлую среду полиция стреляла не поверх толпы, а в людей. Стало понятно: выходить на демонстрации физически опасно.

Митингующих уже нельзя называть сторонниками проигравшего выборы кандидата Мир-Хоссейна Мусави. "Я не ходил на выборы, мне в общем-то было все равно, - рассказывает Мохаммад из города Ахваз. - Но на ложь нельзя закрывать глаза. Теперь даже те, кто никогда не интересовался политикой, хотят, чтобы к власти пришел честно избранный президент".

Ситуация в Иране плохо поддается предсказаниям. Давать прогноз не взялся никто из опрошенных "Новой" политологов и востоковедов. Однако мы попытались выделить четыре основных из возможных сценариев.

Сценарий 1. Продолжение протестов

Одно из самых частых сообщений в иранском разделе сайта мини-блогов Twitter (для сторонников Мусави он стал одним из главных средств обмена информацией) - ссылка на статью о тактике городской партизанской войны.

После начавшихся во вторник боев вооруженной полиции и демонстрантов казалось, что теперь протесты должны или окончательно сойти на нет, или превратиться в вооруженное противостояние властям, к которому прибавятся всеобщие забастовки.

"Протесты будут продолжаться, хотя и не ясно, в какой форме", - уверен востоковед, политолог, член научного совета московского Карнеги-центра Алексей Малашенко. Все эксперты сходятся натом, что для продолжения протестов нужен единый лидер. Для Ирана всегда важно было, чтобы во главе стоял сильный, готовый на все, харизматичный политик - такой, как аятолла Хомейни. За эти две недели Ахмадинежад и Хаменеи, допустившие подтасовку на выборах, а затем вооруженный разгон демонстраций, утратили авторитет в глазах граждан.

Мир-Хоссейн Мусави на роль лидера явно не годится: по словам иранцев, его действия нерешительны, он напуган и не готов вести людей за собой. Как считает главный научный сотрудник Института мировой экономики и международных отношений Георгий Мирский, Мусави с самого начала не хотел, чтобы люди выходили на улицу, но контролировать ситуацию не смог.

Многое определят действия иранских властей в отношении арестованных оппозиционеров. Выступая с проповедью на прошлой пятничной молитве, аятолла Ахмед Хатами потребовал покарать лидеров "мятежников" и заявил, что, так как аятолла Али Хаменеи - не политический лидер, а твердыня веры, то те, кто пошел против его воли, "пошли войной против Аллаха", а значит, заслуживают "самого строгого наказания". Как полагает Алексей Малашенко, если в Иране начнутся казни арестованных демонстрантов, защитить их на улицы выйдут миллионы людей. И власть может не устоять.

Сценарий 2. Заговор мулл

Среди изящных росписей на фасаде иранского министерства обороны явственно видна мозаика с изображением пулемета "максим". Сфотографировать его не удастся: суровый солдат с "калашниковым" тут же отберет у вас камеру и заставит стереть снимок, пригрозив арестом. На самом деле иранская армия и полиция не так страшны и важны, как кажутся. Большая политика разворачивается за 150 км от Тегерана в священном для шиитов городе Кум. Здесь заседает Совет экспертов, состоящий из 86 мулл. Именно они и рахбар (верховный правитель, которым сейчас является аятолла Хаменеи) решают все принципиальные вопросы. Рахбар может отправить в отставку президента, а Совет - рахбара.

"Политика Ахмадинежада заключалась в том, чтобы отстранить от власти старых революционеров в чалмах и стать своего рода фюрером при Гинденбурге, - считает профессор Владимир Сажин, специалист по Ирану Института востоковедения и Института Ближнего Востока. - За предыдущие четыре года в стране произошел тихий силовой переворот. Большую часть значимых постов заняли молодые волки - выходцы из Корпуса стражей Исламской революции. Они не имеют никакого отношения к духовенству, далеки от ислама, но используют идеологию революции для политических целей. Вместе с ними Ахмадинежад, как Сталин в 1930-е, может начать отстранять от власти мулл, которые, вероятно, начнут собственную борьбу".

Сразу после выборов 12 июня в Кум отправился бывший президент Ирана, один из богатейших людей страны, аятолла Али Акбар Хашеми-Рафсанжани. Он поддерживал реформаторов, финансировал предвыборную кампанию Мусави и был в открытой оппозиции аятолле Хаменеи. Теперь Рафсанжани пытается заручиться поддержкой большинства членов Совета экспертов и поставить вопрос об отстранении Хаменеи, вместе с которым придется уйти и президенту. Сначала это было известно только по слухам, но в пятницу иранское Движение революционного духовенства распространило заявление, в котором фактически признало подрывную работу Рафсанжани и осудило ее: "Аятоллы Рафсанжани и Хатами в последнее время предпринимают весьма неосмотрительные шаги, которые могут пошатнуть их авторитет. Некоторые СМИ Запада, настроенные весьма враждебно в отношении Исламской Республики Иран, утверждают, что упомянутые уважаемые лица совещались в Куме и говорили о необходимости некоторых перемен... Но в Иране со дня Исламской революции идут перемены к лучшему, и это невозможно не увидеть".